... с подругой вместе мы вошли в этот сельский автобус.
Мы не вошли - мы втиснулись в этот автобус.
Моя городская подруга круглыми глазами и ушами внимала этому автобусу...
... Знаете ли вы, что такое - сельский автобус?
Любите ли вы тот сельский автобус, как люблю его я?
Редкая птица долетит до середины Днепра, наслушавшись того, что говорят в этом автобусе...

... - А де мої два рублі? Галька! Я ж тобі два рублі передавала!
- Та шоб ти так своєму чоловіку давала, як ти мені свої два рублі передавала! То коли було - ти не згадала? Вчора?

... - Ой, вишні, вишні ж у відрі! Людоньки!
- Ой, де моя нога?
- Та там де у тітки вишні - там і нога! Тітко, кончились ваші вишні, лишилась нога...
- Бу-га-га!

... - Ой, тут же яйця, обережно!
- Діду, та ви вже й забули, коли у вас були ті яйця! Зара лише крашанки лишились!
- Та я так забув, що я б тобі й зара вдув!
- Та хто ж вам дасть?
- Та хто ж тебе питати буде?

... - Галько! Де мої два рублі?
- Там, де твоя молодость - там і два рублі! Ти мені нічого не передавала!
- Ах ти ж сучко! Я тобі не передавала???
- Сучка течку водить, а я лише твого чоловіка...
- Ах тиж.....
- Ах ти ж...
... видох. Задумалась. Публика ждет с интересом аккорда.
АККОРД:
- Ах ти ж ЦЕЛКА!
................................................
(Это уникальное оскорбление. публика предвкушает)
- Я - ЦЕЛКА??? Ти сказала, шо я целка???
- ЦЕЛКА!
- ТА ШОБ У ТЕБЕ В ЛОБІ БУЛА ТАКА ДІРКА, ЯКА Я ЦЕЛКА!!!

Водитель Юрка, бессменный водитель нашего автобуса - гогочет вместе со всеми.
Сельский автобус - это особенная эстетика быстрого реагирования. Это - прекрасно.
Моя городская подруга ошарашенно крутит головой, внимает...

( Read more... )

МНОГО СЛОВ О СЛОВАХ, ЯЗЫКАХ, ХОМЯКАХ - ни о чем, одним словом...
о любви, что ли?..

Буркину смею покивать, и книге его "Сегодня, мама!", а Лукьяненке не киваю, не люблю,
генерал-сержанту Кубатаю и Брет, леди Эшли, придуманным, но настоящим душам их,


и хомяку...
)))




- Это не английский и не русский, - сказал Стас.

- И даже не древнеегипетский, - подтвердил я.

Между тем наши собеседники окончили короткое совещание, и
оранжевоголовый откашлялся.

- Давайте знакомиться, детишки, - сладким голосом сказал
он. - Я дядя Смолянин, младший майор космофлота Земли;
переводчик.

- Земли? - ахнули мы с братом.

- А он, - Смолянин сделал жест в сторону зелено-белого, -
генерал-сержант Кубатай, командующий космофлотом, лицо особо
важное.

Выдержав короткую паузу, он добавил:

- На вид он - хитрый перец. Но душа у него добрая,
ребятишки.
(Юлий Буркин, Сергей Лукьяненко. Сегодня, мама!)




... а там, где я жила всю жизнь свою - были ставки.
Ставки там были везде, и не уметь плавать в девчонково-мальчишеской среде считалось позором даже бОльшим, чем не уметь кататься на велосипеде.
А мы гоняли на велосипедах, и прыгали в ставки, штанишек не снимая - там было жарко, где я жила...
Такие были жаркие там ночи, что спали мы, разбрасывая голые ножки по простыням, влажным от нашего пота - и не укрывались.
Стояла в кухне клетка, в ней жили хомячки.
В спальне стояло пианино - училась я на нем играть.
Не видно было стен под полками, на полках стояли книги.
... шуршали ночью то ли хомячки в клетке, то ли мыши, забежавшие проведать любимый, самый вкусный том.
А под подушкой моей лежал том Жан-Батиста-Мари-Роже. В миру же - Антуана де Сент-Экзюпери...

А в небе над поселочком нашим каждую ночь кружили стаи НЛО.
НЛО косяками парили над нашим поселочком, ставками, брошенными в сараях велосипедами и нами, спящими на влажных простынях.

И говорили бабки и тетки поселковые:
- шось розлітались сьогодні... Доки корову видоїла - три тарілки пролетіли. Мать, буде дощ.

А мамы нам кричали:
- Діти, ви спати коли думаєте? Коли всі літаючі тарілки постартують?
- Сьогодні, мама! -
кричали мы, и считали НЛО, взлетающие над нами - когда не было чего делать, а чаще не обращали на них внимания.

( Read more... )

А пока вы подсушиваете феном волосы, промокшие во время ночных купальских оргий купаний...
Пока вы, уже не вспоминая звезды этой ночи и поиски папоротника - мчитесь по делам служебным - я расскажу вам... Я расскажу вам о ночах купальских, и, может быть, вы снова вспомните звезды, папоротник, и эту купальскую воду, которая, говорят - очищает наши души и тела. Как и костер купальский. Ну, тот, через который вы прыгали ночью. Ну - вспомнили?
... и не имеет значения - когда ту ночь купальскую встречать - в старых стилях, или в новых. Важно встречать.
Слушайте. Здесь будет колдовство...

Бывают встречи. Такие встречи, что в душу и память врезаются намертво. Ты возвращаешься к встрече и лицу, поразившему тебя, и думаешь, думаешь... Пытаешься объяснить - с точки зрения мистики, статистики, казуистики... Ой.
Начну по другому.
Есть ли жизнь на Марсе
Есть ли двойники
Ой...
Тю...

Начну помоляси. Оглядываеси...

Мне нечего делать. Муж вымыл полы и посуду. Салат сделан и съеден. Коньяк испит. Работать невозможно - иссякли темы (найди темы, не выходя из дому, да?)))
Тогда я пофлудю. Пофлужу... Слушайте, как правильно? В общем - начну флудить.
Я расскажу о великих женщинах прошлого. Моего. Тех, у кого я училась, внимала, распахивала глаза и уши... Раз уж неосторожность Клары Люксембург или Розы Цеткин (а кстати, кого из них???) - привела нас к такому тупиковому дню.

День странных звонков был у меня сегодня.

Звонили родственники, до того вспоминающие только по праздникам. Родственники, отзванивающиеся регулярно, позвонили тоже. И все сегодня.

Свершилось! Позвонила тетя Ася!
Узнав, что я жизнеписала ее жизнь и хулиган... судьбу - смеялась тетя и говорила - "Да ты разве все знаешь? А вот об этом не рассказала? А, то-то!"
И вдруг, узнав, сколько людей читает новеллы мои о тете Асе - притихла.
- Тю! - сказала. - Чи ти здуріла! Це ж така прорва народу!
И прослезилась тетя Ася, узнав, как все читатели здоровья ей желали. Когда же я начала перечислять географию интернет читателей - поклонников тетиасиного хулиганства - сказала гордо
- От дякуй їм! Отож я, мабуть, і не помираю досі. Завдяки їх побажанням!

Так я і дякую вам, френди мої.

Потом желала тетя Ася о политике говорить. Тетя моя - оранжевый революционер. Пламенный приверженец однажды выбранного курса. А с кем говорить в селе о политике?
Поговорили.
Потом созрела идея у меня - дать тете Асе интернет.

- Тю! - сказала тетя Ася. - Так я ж не вмію там нічого!
- Та чи ви не навчитесь? - сміялась я. - Ви зможете усе - вам тільки захотіть.
- А чого б я його хотіла? - капризувала Агнесса Іванівна.  (тіпа - умовляй мене, умовляй...)

Я раскрывала тете Асе прелесть общения в интернет пространстве. И чувствовала, как на том конце эфирной связи - рождается мечта.

БЕРЕГИСЬ, ИНТЕРНЕТ!   ТЕТЯ  АСЯ  ИДЕТ!

для вновь пришедших в мой журнал и не знающих о тете Асе

http://diana-ledi.livejournal.com/90026.html

http://diana-ledi.livejournal.com/90317.html

http://diana-ledi.livejournal.com/90519.html

http://diana-ledi.livejournal.com/91300.html

(продолжение приключений мешка со шмотками)

А когда тетя Ася была еще заведующей сельским клубом, а маленький Вадик не знал еще, что будет знать его область под именем Барин - работал в клубе гармонистом эдакий Витька.
Витька и Витька - мало ли в селах Витек-гармонистов?
Ээээ... Вы не знаете нашего! Гармонь? Какая гармонь? То его так называли просто. А виртуозное владение баяном, а переливы аккордеонные! Хошь скрипку? Сыграем! Духовые хочешь? Да что пожелаешь! Ты только время дай разобраться - как из этой дудки или альта, или флейты извлекаются звуки, а дальше Витька на слух что хочешь подберет и отвиртуозит!
А было интересно наблюдать (и повезло мне лично это видеть) как Витька-гармонист впервые взял в руки саксофон.
Когда услышал он хриплую песню саксофона впервые, слезы потекли по обветренным щекам и губам (на похоронах, праздниках и свадьбах играть - конечно, обветрятся!).
- Хочу так! - сказал.
- Смогу! - сказал, и стал копить деньжат.
И накопил, и купил саксофон... И внес торжественно его в клуб. Открыл футляр, извлек мечту и гладил нежно... А пальцы дрожали...
... через пару недель он играл нам Колыбельную Хлои.
Витька-гармонист понимал суть "всюди буйно квітне черемшина!", но и суть джаза понимал он.
А как он понимал женскую суть! Кто прошел мимо его музыкальных пальцев, кто из деревенских красавиц (и не слишком) смог отказать такому... Кто? Ха!
Тетя Ася смогла!
Он - клубный гармонист, она - завклубом, красавица. Альянс, казалось, был неизбежен. Ан нет! Не дала-с... (злорадствую я)
И Витька объявил ее врагом.

А потом сынок тети Аси оставил свою заветную мечту, решил разбогатеть и преуспел.
Всего через несколько лет после судьбоносного его решения имел он множество полей, парк комбайнов и тракторов, и несколько окрестных сел молились за его здравие в церкви - потому что только он давал работу людям и щедро оплачивалась та работа. Да и сама церковь здравствовала за счет его щедрых пожертвований.
А тетя Ася решила обратиться к религии и стала старостой той церкви.
Вадика начали прозывать Вадимом Викторовичем, а тетю Асю все, даже племянники, в глаза и за глаза - Агнессой Ивановной (ну, у нас в семейном клане так положено - после определенной выслуги лет называть теток-дядей по имени-отчеству). Но самое интересное, что мама и сын на людях тоже обращались друг к другу на вы и по имени-отчеству - подавая пример уважения.

тетушка моя уже давно не думала о насущном хлебе. Сын снабжал ее деньгами, продуктами, дорогущими лекарствами, а также брал на себя оплату счетов.
Но тетя Ася - она осталась тем не менее прежней тетей Асей. И главным девизом ее продолжал быть такой - что если где-то валяются деньги, то нужно наклониться и поднять их.
Именно тогда пришло к ней стремление открыть челночный бизнес!
- Смотри... - сказала она, придя ко мне не посоветоваться, а просто озвучить свое решение. Если решение озвучить и проговорить в чьи-то уши, то быстро вылезут наружу слабые его стороны. Считала так тетя Ася.
- Смотри! Я еду в Одессу электричками, потому что я пенсионер и инвалид, стало быть - бесплатно.
- Куда вам ехать электричками? Это тяжело! Это полсуток сидеть на твердой полке. Пересаживаться из электрички в электричку! Ну, вы же не девочка! Опомнитесь! Билет плацкартный купите! - кричала я.

Тут пришел коммент, что тетя Ася моя - удивительная женщина. Слона-де на скаку остановит, и хобот ему оторвет...
Кстати, о слоне!

Подрос сынок у тети Аси старшенький и исполнил заветную мечту детства.
А сынок был такой... Когда учителя узнавали, кому из них достается класс, где учился Вадик - они решали увольняться. И это несмотря на то, что других школ в селе не было.
Да хоть на пилораму! Только не преподавать там, где Вадик. Потому как сядешь ведь! Не сможешь ведь удержаться от рукоприкладства!
Любимым развлечением Вадика было отпускать комментарии на уроках.
- У Лермонтова были огромные прекрасные глаза...
- Как у коровы!
и так далее...
Вне уроков Вадик играл. Если в космонавтов, то брался кот, раскручивался за хвост над головой, и, сопровождаемый криком Вадика - Поехали! - запускался в космос.
Если в индейцев играть - так пытки были настоящие.
и так далее...

Понятно, что исполнив свою мечту, Вадик стал милиционером.

Давно у меня просят рассказов о тете Асе...
Ну да! Есть у меня такая тетя. Моя, личная тетя Ася. Агнесса Ивановна.
А просят те, кто лично знает тетю Асю или смеялся до колик, когда мы с братьями и сестрами начинали рассказывать о ее похождениях.
А мы с сестрами-братьями всегда тост за ее здоровье подымаем, несмотря на исключительную вредность тети нашей, Аси...
А это новелла, писаная когда-то для раздела "Побрехеньки". Новелла написалась, но в раздел отдана не была. Потому как рассказ о похождениях моей тети Аси достоин более серьезной аудитории, чем аудитория читателей раздела какой-то там газеты. А например - читателей жж - это даааа... Вот это - аудитория!
(тем более, что никаких побрехеньок. Здесь правда, только правда - и ничего кроме правды. Как обычно...)

Мне никогда не дарили подарков к Новому году. Ну - так получилось. Не было принято. Добрейшие мои родители не отказывали мне в моих капризах, на День рождения подарков было всегда множество, а не один. А на Новый год... Ну, вкусностей ведрами. Это само собой. А подарки? Не принято.
И удивлялась вся моя родня (а к НГ приезжали тети-дяди-бабушки десятками), когда видела Ипполита на экране, вручающего Наденьке подарок, и наоборот.
Ну, их такое дело, им жениться нужно. Вот и подарки. И вообще - не поймешь там, то ли к Новому году они друг дружку одаривали, то ли к свадьбе.
Когда я стала встречать годы в компании со сверстниками - тоже мы не дарили ничего друг другу. Не принято так было.
И несправедливость, даже неправедность этого тревожила мне душу.
Я вышла замуж за человека, которому даже на День рождения не всегда дарили что-то родители. Ну, разве одежку какую необходимую.
Несправедливость и неправедность стучала, очевидно, в сердце и мужа моего, поэтому на первый же Новый год, который мы встречали уже с первым нашим детишком - детишку нашего задарили мы.
А на следующий год в нашем доме впервые появился чувак с бородой и кудрями, выбивающимися  из-под красной шапки, валенками на ногах, из-под белой шубы видневшимися валенками. Он палкой постучал во дверь и объяснил, что он - ДЕД МОРОЗ.

Вы, городские дети, и дети городских детей - пожмете вы плечами и скажете - ну и что? Нормальная услуга. Родители заказывают Деда Мороза в определенной организации - и вот он, на пороге, как и положено, в ночь 31-го декабря.
Вы не поймете! Дети села встречались с Дедом Морозом только в сельском клубе, и говорил он голосом физрука или завклуба.
А чтобы такой - пришедший домой... Это было откровением.

И каждый год он появлялся, а потом, когда выросли дети, мы уехали далеко, потом еще дальше, и - он заблудился, очевидно. Он не нашел нас. Я заскучала по нему. Я напишу ему письмо.


ПИСЬМО ДЕДУ МОРОЗУ

Дорогой Дедушка Мороз!
Пишет тебе твой старый верный дружище. Как ты там? Уже смазал сани, подлатал старенькую шубу? Проверил мешок - нет ли там дыр, прогрызенных мышами. Мышей должны привлекать прошлогодние крошки, оставшиеся на дне мешка.
Хотя - какие мыши в Лапландии...
Я тут тоже ничего. Сижу вот, вспоминаю...
Помнишь, да? Помнишь, как я шила ночью костюм для тебя... У меня было несколько часов, и я колола пальцы иголкой. И бороду готовила, клеила шапку - помнишь? Хотя, ты этого помнить и не должен. Ты прилетал из своей северной страны, ставил оленей своих в моем дворовом сарайчике и быстренько начинал облачаться.
Я крутилась вокруг тебя, обматывая красным кушаком белую шубу, а ты, глядя в карманное зеркальце, тревожился:
- Ну, как? Нормально борода легла? Слушай, а чего в этом году такой мешок огромный? У тебя что, еще детей нарожалось?

А вторая звалась Марией.
Гайдук - отец ее был, а она, значит - Гайдукивна.

Маленькая - ладненькая, так говорили - метр шестьдесят, не больше! Она была такой хорошенькой! Можно сказать - Дюймовочка, но в екатеринославском (днепропетровском) селе девятнадцатого века не знали сказки про Дюймовочку. И про Золушку - не знали...
Но знали сказки о сиротках.
Марийка была сироткой из сказки. И сказочность в том состояла, что решено было в селе отправить осиротевшую девочку в город - в услужение к панам. Для девочки, которой осталась от родителей лишь хатка - это было неслыханной удачей. Возможностью расти в чистоте, сытости. Получать профессию в конце концов, а если повезет с панами - то и образование!

С панами повезло.

А потом началась жизнь. Там был подвиг - для меня не меньший чем предыдущие. Но такой, будничный. Дело в том, что Василика-Александра родила Коваленку - зажмурьтесь, женщины! выдохните, мужчины! - девятнадцать детей! И, несмотря на смертность среди детей в те времена - как мы, конечно, знаем - они остались все жить! Вырастали двухметровые великаны, дети Коваленок-великанов, и не отпускала их бабка Александра от себя. Сыновьям строили дома рядом, ширился и разрастался хутор, а зятьев дочерям выбирали таких, что согласятся идти жить - в прийми.

Но пока не стала Василика-Александра старой, бывали у нее странные периоды. Становилась она раздражительной и начинала жаловаться, что стены воняют ей глиной. Что хочется распустить волосы и идти навстречу ветру.
И знал Коваленко, что она уходит. И ничего нельзя с этим поделать. Не бить же свою любовь, к которой так охотно пошел он под каблук?

 

 

Две женщины прожили две жизни.

Каждая из них в юности совершила Поступок. Считаю - подвиг.

И каждый подвиг перечеркивал другой.

Две женщины задали вопрос такой - чей подвиг выше?

А ничего они не задавали. Просто жили. В конце девятнадцатого века.
Что же я думала в двадцатом и в двадцать первом думаю - чей подвиг лучше?
Я маму спрашивала, а она молчала.
Я дочерям такой вопрос давно дала - пусть думают. Они и думают.
Чей правильнее подвиг?

 

АЛЕКСАНДРА (Василика, Стефания?..)
То ли Стефания, то ли Василика она была. Нет, Василика все же - так мне говорили. И вспоминали, лбы наморщив - Стефанией ее дочь звали. Потом...
А в начале легенды Василика входила в село. С табором своим цыганским. Село ее ждало. Ее все села ждали - слава о этом таборе и о ней бежала впереди.
Красивая была такая? Не помнят. Откуда помнить? Потомки были красивыми, да. А сама... Кто говорит - страшна как смерть. Что есть некрасота? Грубые, резкие черты лица?
Кто говорит - была прекрасна. Какие критерии красоты у украинского села девятнадцатого века? А у цыганского табора?
А в том ли суть?
Одно легенды хором говорят - очень высокой она была. Ненормально высокой для тех времен. Худой и черной она была. А как вы думали? С табором по украинским степям ходить, не проходя мимо ни одного села - разве что бедные совсем уж обходя.
А в селах на площади бабки и молодички - ждут табор. Василику ждут. С ними дети - больные дети и здоровые - а пусть проверит.
Василика лечила. Взрослых и детей - но лучше всего - детей. Вправляла кости, оставляла травы, рассказывала - как варить, что от чего давать. Или просто на руки брала. Или руки на болящее место накладывала. Боль уходила. Дети жили. А смертность детская какой была в те годы? А? То-то же. Бабы каждый год рожали, а сколько деток оставалось в живых, дорастало до взрослости?
Там, где проходил табор с Василикой, уходила боль и смерть.
И Василика уходила...

 

 

Детей трое. И трое у брата. Мы с братом шли голова в голову - я рожала мальчика, и он торопился породить мальчика. Я отчебучила по быстренькому двух девочек и он предложил своей жене повторить то же самое. Сказано - сделано. Когда у брата родилась девочка последняя, он взмолился :
- Сестричко, ти ж більше вже не рожай. А то нам прийдеться доганять, а ми заморились трошки...

Я просьбе вняла и больше рожать не стала.
Хлопот хватало в двух семьях. То беднели семьи, то богатели. То болели, то выздоравливали. И дети потому время от времени росли вместе. По очереди в двух домах. То у меня шестеро, а брат отдыхает. То наоборот - отдыхаю я, а он воспитует.

Переправлялись детишки в стареньком братовом Москвиче. Однажды он вез толпу белоголовых веснушчатых погодок этих, взяв для круглого счета дочку еще одной сестры - двоюродной. И хохотал всю дорогу:
- Нє, ну ти представляєш! Їду я, слухаю той щебет у машині, і сам собі думаю - десь я про таке читав. У казці "Коза і семеро козенят". Так яка ж з мене коза? Я козел скоріше... га-га-га!..

А тут и Гаи на повороте.
- Діти! Лягай! - крикнул мой брат.
А дисциплинку дети знали и младших на пол под ножки старшим затолкали.
Не ожидая, пока гаишник подойдет к машине, брат вылетел, роняя документы. Гаишник видя поспешность такую, резонно заподозрил - что-т не то! И подошел взглянуть в салон.
А в салоне тем временем кто-то из лежащих щекотнул кото-то из чинно сидящих - салон взорвался хохотом. И веснушчатые мордочки полезли в окна.
Гаишник охренел и стал считать.
Дети щекотали друг друга и хохотали.
Гаишник сбивался со счета, потом испуганно посмотрел на брата.
Брат скреб затылок:
- Семеро, командир. Семеро...

Гаишник молча отдал документы, отдал честь...
Брат ехал дальше. Салон продолжал щебетать и хохотать.

... Я это к чему?
На днях ко мне приехали двое из троих племяшек. Живут у меня, дас...
Итого - пятеро детей. Погодки. Выросли, однако. Младшей 18, старшему 23.
Детишки! Мило так звучит, когда одни, приходя домой, спрашивают у меня - а где дети?

Поздравьте, что ли...
Отдайте мне честь, документы (и подарите мне билет куда-нибудь, а то у меня уже не хватает ... денег))))))))))))))))))))))))))

... Все это так странно. Так иногда непонятно и страшно все это, что спрячу-ка я все ЭТО - под кат. Там мноооого будет буквов...

(не лавров Гоголя ради, а френдленты - для. Не вся моя френдлента пока еще знает мой язык. Я говорю об этом с улыбкой)))


Самайн, ...уин...
Не наши дни.  Но тоже прикольно. Страааашно... Уууу... Нет, не так - Uuuuuuu...
Здравствуйте, темные силы. Вот вы выходите на улицы, а мы вас, типа, и не боимся! Во как! У них так.
А у нас как?

... Украина топала-топала от язычества, да недалеко притопала. Как будто по кругу топала. И ладно, и прекрасно. Но где язычество - там много темных сил. Ну, что же - не страшно. Если жить с ними рядом, можно договориться.

... А сердце Украины - где? В Карпатах, да? Так скажут, и я скажу. А потом подумаю и скажу - сердце Украины в селе. (потом тихо шепну - в селе степном. А люблю потому что. Я ж сама степовичка. А степ - то сама Україна. тссс... тихо, тихо... щоб лісовички не почули. Такі вони, ті лісовички! Вони більше знають і вміють, ніж степовички. Не боюсь темних сил, а лісовичок - так, побоююсь))).
Село. Там до сих пор хранят обычаи, язык и песни. Там знают, как жить с темными силами рядом.
Я живу в городе и с ужасом вижу, что забыли о многом люди городские!

Вот соседка. Веничком шурует, пока я курю на лестничной площадке и жалуется - кто-то соль перед порогом рассыпал. А вчера - землю. Перед порогом. Вот бомжи! Совсем совесть потеряли!
И не видит моих круглых от удивления глаз. Что ж ты делаешь? Куда ж ты... понесла. Ладно, я тоже промолчу. Не буду объяснять, ЧТО ей с солью да землей этой надлежит сделать. Не поверит. Городская.

МЕСТЬ  СЕЛЬСКОЙ  СТЕРВЫ.

Следующей на очереди была Валентина. Она смеялась тогда злобно. Она ненавидела героиню. И было за что - муж Валентины, местный мачо, все норовил поближе оказаться к героине... Руки не распускал - ни-ни, но так мечтательно смотрел на фигурку, затянутую в шортики. Так что к мужу претензии у героини имелись тоже. А пошто компрометируешь?
Валентина, холеная красивая молодица, корову имела такую же - дородную, красивую и вредную.
А верно говорят в селе: "Какая баба, такая и корова"
Коровка нашей героини, худенькая маленькая Муха, не любила бродить со всеми. Любопытная и веселая, она искала и корм необычный. Что ей трава, травы мы не видали? Она как олень, объедала ветки деревьев. Выискивала кусты шиповника, методично поедала цветы - и молоко тогда долго пахло розами... А то и просто, забыв о главном задании коровы - жевать, жевать - шла вдаль, мечтательно глядя вперед, машинально отмахиваясь хвостом от надоедливых мух.

"Чи цуценя, чи кошеня! Але не корова." - говорил старый дед Касьян, улыбаясь героине. Деду приходилось круче всех. Три дня он пас стадо, три дня по количеству своих коров и три дня гонял за Мухой по полям. Дед не обижался. Ему нравилась Муха. Нравилась героиня...

МЕСТЬ  СЕЛЬСКОЙ  СТЕРВЫ.

Больше всех смеялась баба Галя. Простодушная до глупости, она хохотала, всхлипывая. Умолкала и вдруг, спохватившись, начинала опять хихикать до икоты. Глядя на бабу Галю, народ рождал новые волны смеха. И это было тем более обидно, что баба Галя не была до этого среди недоброжелателей...
Месть бабе Гале пришла в дом сама. Вернее, ее привели на длинном поводке. Отстегнули намордник, сказали: "Геша, сидеть!"
Родственники попросили взять к себе собаку. Гиперпородистого эрдельтерьера. Родословная прилагалась. Она тянулась в Германию и в века. Геша - сокращенное от Гесс фон и так далее на протяжении трех строчек. Пса хотелось называть на Вы и кормить парной телятиной. Однако ноги у дворянина дрожали, слезились глаза. Он был худ и грустен. После разрешения обследовать кухню, он нашел ведро с фруктами ... и стал самозабвенно их поедать.
Гешу быстро откормили. Но любовь к фруктам и овощам осталась.
Геша был высоким, слишком высоким эрдельтерьером. Жесткая курчавая шерсть, роскошные борода и усы, обрубок хвоста.

Дольше тянуть нельзя. Слух о диковинной собаке распространялся быстро.
Она взяла Гешу на поводок и пошла на тот край села, где жила баба Галя. У двора бабы Гали росла груша-дичка. Сладкая и терпкая. Она рожала столько маленьких грушек, что ветки не могли удержать их все, и сбрасывали, сбрасывали... Желтый ковер из крохотных грушек лежал под огромной мамкой.
Туда был пущен выпасаться Гесс. Ну, он офигел! Он шел как пылесос, поедая груши, и за его спиной оставалась вылизаная земля. Баба Галя подлетела к воротам. Глаза ее стали по ложке:

- Господи! А це що таке у тебе?
- КОЗЕЛ - не моргнув глазом, ответила она.
- Козееееел??? А що ж це за такий дивний козел?
- Зааненской породы! Вы что, не видели зааненских козлов?

А надо сказать, что их вообще мало кто видел в этом селе. Но ходили слухи, что порода это уууууу! И столько молока с одной козы! И редкая баба не знала прописной истины - порода передается мужской особью.

- А куда ведешь? - ревниво вопрошала баба Галя, семеня за ней, уводящей Гешу.
Геша оборачивался и, натягивая поводок, с тоской смотрел на груши. Пасть сведена терпкой сладостью. И, хоть гавкал Геша редко, нужно было торопиться увести.

- На случку веду. У бабы Мани козы запросились...
А баба Маня была известной подругой-соперницей бабы Гали.

Козы "просились" дружно, как правило - одновременно. На следующий день баба Галя вела свою козочку на случку к зааненскому козлу Гешке. Село как село, баба Галя как баба Галя. Она останавливалась у каждого двора, там с кумой переговорить, там с кумом... И не скрывала - куда и зачем идет. За спиной бабы Гали оставалась стонущая от смеха улица. Люди ценят хороший розыгрыш. Люди тихо выходили из дворов, шепотом пересказывали друг другу цель похода бабы Гали и бедной черной козочки и тихо-тихо, подвывая от смеха, шли следом.
 
Геша вышел навстречу гостям и гавкнул. Испугавшись грохнувшего смеха, залаял еще громче и отчаянней, удивленно оборачиваясь на новую хозяйку. Баба Галя держалась за сердце и ловила воздух ртом.

Новая хозяйка Геши одна не смеялась. Она строго смотрела на бабу Галю...

Да, так вот... Застала ее перестройка и дефолт не в самом лучшем положении (да всех тогда в такое положение поставили, а на миру и положенье ничего, терпимо...). Ну, дети, старики на руках. Муж - работающий единственно он в семье. И - с громким пшиком лопнувшие надежды на квартиру в городе.
... сели, подумали все вместе. Прикинули актив-пассив. В активе - мда... не густо. Ну, ладно. Будем жить в селе. Тут сейчас главное - выжить. А чтобы выжить, нужно что? Правильно - ЕДА!!! Оглянулись вокруг - земля есть, земля прокормит. Заняли денежек храбро, купили того, что в будущем вырастет и превратится в еду: семена, молодняк всякий - цыплята, утята, гусята, козлята, телята... И стали жить-поживать, да добра наживать.
А трудно человеку, не привычному к тяпочке да навозу... да поправимо - ко всему привыкнуть можно. Даже прелесть свою найти. Вот - мышцы стали крепкими, литыми. Ни грамма лишнего жира! (а раньше мучилась с гантельками да турником - и не очень они помогали) А загар бронзовый! Ровненький загар. (а раньше на море песочек пролеживала, бочки да спинку подставляя, а толку - чуть). А раньше-то кремы, масочки... А сейчас - наспех умылась, а личико сияет. Природа, да-с... Воздух свежий, ранний подъем. И - постоянный тонус! А то!
Но только вот... Как отказаться от того, к чему давно привыкла? Как, отрываясь от подойника, или утирая пот со лба, сев на стерне покоса, вспоминать с тоской: